среда, 8 февраля 2012 г.

ИНТЕРВЬЮ С ДВАЖДЫ УВОЛЕННЫМ редактором «Балашовской правды» Ольгой Айдаровой.


Имя этого человека за последние несколько месяцев практически не сходило со страниц СМИ. Редактор газеты «Балашовская правда» Ольга Айдарова поневоле оказалась в числе журналистов Саратовской области, попавших «в немилость» представителям местной власти. Айдарова была дважды уволена с поста редактора распоряжением администрации Балашовского района — за то, что будучи также депутатом Собрания, имела свою точку зрения и не боялась ее высказывать,
голосовала «не за те» решения и не смотрела в рот сильным мира сего. «Репортер» вместе с Ольгой Айдаровой еще раз вспомнил историю ее увольнения, а также поговорил о будущем саратовской журналистики и поразмышлял над проблемами Балашовского района.
С Ольгой Николаевной мы встретились после заседания Саратовского областного суда, подтвердившего незаконность ее первого увольнения.
— Странные я испытываю чувства, — призналась Айдарова, — с одной стороны, после такого судебного решения я смело могу вернуться на любимую работу, в редакцию. С другой стороны, сделать этого я не могу — ведь две недели назад, после вердикта о незаконности увольнения, прозвучавшего в районном суде, администрация вновь издала распоряжение о моем увольнении!.. Теперь вновь буду подавать иск в районный суд о признании незаконным теперь уже второго увольнения — пойдем, так сказать, по второму кругу.
— Но это же абсурд: ваше увольнение от 26 октября признано незаконным районным, а теперь уже и областным судом, второе распоряжение об увольнении в части обоснования такого решения администрации полностью копирует первое, то есть заранее обречено на поражение в суде?
— Плюс к этому 16 февраля, когда было издано это распоряжение, я официально находилась на больничном (то есть по закону нельзя было меня увольнять). Администрация знала об этом: они посылали запрос в лечебное учреждение, где им ответили, что на мое имя действительно выписан больничный лист, — и все равно распоряжение было подписано. Да, на этот раз его подписала не Татьяна Саврасова (и.о. главы администрации БМР, издавшая первое распоряжение об увольнении. — Авт.), а Людмила Рымашевская (в данное время исполняющая обязанность главы администрации. — Авт.).
Но всем в районе прекрасно известно, что обе руководительницы — из команды Бориса Шамина (главы администрации Балашовского района, против которого возбуждены два уголовных дела. — Авт.). Предполагаю, это он дал команду меня уволить — и его преемники эту команду исполняют. Причина увольнения заключается в желании команды Шамина, чтобы вплоть до выборов в Собрание депутатов района меня не было на должности редактора газеты. Да и вообще — близко с газетой не было.

Видите ли, вплоть до 25 октября 2010 года ко мне как редактору не было никаких претензий со стороны учредителя газеты — администрации. Претензии появились сразу после того, как я в числе прочих депутатов проголосовала за отстранение Бориса Шамина от занимаемой им должности главы администрации Балашовского района.
— Не жалеете о своем решении: могли бы и не голосовать — проблем бы никаких не было?
— Сегодня, когда я оглядываюсь назад, понимаю: даже если бы знала, какие проблемы получу в связи с тем голосованием, все равно проголосовала так же. Попробую объяснить. Смотрите, сегодня на всех уровнях говорится о борьбе с коррупцией: надо быть активным, противодействовать и так далее. И вот прокуратура выявляет факты нарушения антикоррупционного законодательства высшим должностным лицом исполнительной власти района, выходит с представлением об отстранении главы. Как надо было поступить? Закрыть глаза на эти нарушения? Промолчать? Кстати, в обоснованности и правильности принятого решения меня убедили действия следственного комитета при областной прокуратуре, возбудившего на Бориса Шамина сначала одно уголовное дело, а затем — второе по факту получения взятки.
— Скажите, а вы предполагали, что со стороны Шамина последует такая реакция?
— Предполагала, что последствия будут, но, конечно, и подумать не могла, что они будут такими. Понятно, что после того, как проголосую против фактического моего руководителя, неприятного разговора с Шаминым мне не избежать. Но, как известно, администрация поступила «проще», положив на стол распоряжение о моем увольнении. При этом был грубо нарушен устав редакции: прописанное в нем на основании ФЗ «О средствах массовой информации» право коллектива журналистов — штатных сотрудников редакции — согласовывать назначение и увольнение редактора по инициативе учредителя. И это беззаконие, сопровождавшееся, по сути, рейдерским захватом редакции, сменой замков, дежурством подвыпивших депутатов из «группы поддержки» Шамина, «проглотить» просто так было нельзя. Произволу надо противостоять.
Борьба противоположностей...
— Ольга Николаевна, вы пробыли депутатом пять лет, последний месяц так и вовсе исполняете обязанности главы района. Наверняка и для самой себя подвели некие итоги своей депутатской деятельности?
— И.о. главы района я на освобожденной основе на время отпуска Александра Демина, который принимает участие в избирательной кампании. А что касается депутатства: неоднозначное к этому отношение. С одной стороны, конечно, что-то сделано. Представительный орган муниципальной власти основные свои функции выполнял, принимая решения, касающиеся вопросов жизнедеятельности района. С другой стороны, эта работа могла быть более эффективной, если бы в депутатском корпусе были единомышленники. Тогда не было бы конфронтации и противостояния.
За последнее время эта борьба обострилась. Собрание депутатов Балашовского района разделилось на два непримиримых лагеря. Представители одной из групп объявили курс на, обозначим его так, конфронтацию с губернатором. Они четко определили свою позицию: мы, мол, и сами проживем, без области. Но простите, когда бюджет района на 70% финансируется областью и только 30% мы зарабатываем сами  (да и во всевозможные федеральные программы мы можем войти только согласованно с областью), проводить подобного рода «политику» — это фактически обрекать район на верную гибель. Какой компромисс можно найти с людьми, предлагающими такое будущее для района?
У большинства депутатов иная точка зрения. Депутатское большинство — это группа, состоящая из 14-ти депутатов — те люди, которые хотят поддерживать нормальные отношения с областью, хотят, чтобы в район пришли инвестиции — инвесторы-то вообще наш город стороной обходят. Балашов оказался в списке районов «самого рискованного инвестирования». И сейчас будут смотреть на результат выборов: кто пройдет во власть, какие люди, можно ли с ними выстраивать партнерские отношения. Предыдущий депкорпус себя дискредитировал в этом отношении.
— Ольга Николаевна, вы назвали проблему инвестиций (и насколько я знаю, сейчас министерство промышленности пытается решать эти задачи). А каковы еще, на ваш взгляд, основные проблемы Балашовского района?
— Это развал промышленности, которой у нас почти уже не осталось. Разрушен прежний гигант ОАО «Балтекс» (новые собственники, благодаря поддержке губернатора, его сейчас реанимируют), нет завода «Прицеп», нет ремзавода и так далее. Наверное, можно отметить и сельское хозяйство. У нас хорошие земли. Мы всегда получали приз «Золотой колос» за достижения в сельском хозяйстве, всегда гремели, занимали лидирующие позиции. Сегодня о достижениях в этой сфере можно забыть — сельским хозяйством районная власть не занимается. Сейчас — опять же по инициативе губернатора — в район приходит крупный инвестор, который готов вкладывать средства в сельское хозяйство района. Те немногие инвестиционные проекты (например, «Макпром»), приписываемые Шаминым к результатам своей деятельности, стали реализовываться в районе задолго до его назначения на должность главы администрации.
У нас плохие дороги, практически отсутствует строительная политика, негде работать, идет огромный отток трудоспособных кадров. Вот они, эти проблемы. Остро стоят вопросы в сфере здравоохранения. Ваша газета недавно писала о Новопокровке, где закрыли больницу, обслуживающую несколько сел. Добавьте к этому огромную очередь в детские сады (1,5 тысячи маленьких балашовцев). Еще у нас есть один котлован вместо драмтеатра и другой — вместо хирургического корпуса ЦРБ. Разрушенная набережная, заброшенное строительство подземного водозабора — «памятники» популизма со стороны политиков и не выполненных ими предвыборных обещаний. А еще — полная бесконтрольность со стороны исполнительной власти за сферой ЖКХ. Но самая главная проблема — отсутствие внимания к людям, нежелание решать их проблемы, равнодушие. Этим «болен» Балашов, и «болен» серьезно. Люди сами по себе, власть сама по себе и сама для себя.
— Помимо противостояния внутри депутатского корпуса существует еще и «внешняя война» — я имею в виду не совсем добрые, мягко говоря, отношения с администрацией Балашовского района.
— Буквально на днях я как и.о. главы района получаю бумагу из администрации. В ней говорится, цитирую по памяти, «поскольку между собранием и администрацией не заключен договор на пользование гаражом (сколько себя помню — гараж этот был совместным для депутатов и работников администрации), предупреждаем вас, чтобы вы убрали свои машины из гаража, потому что допуск в гараж для вас будет закрыт». Понимаете, противостояние дошло до абсурда — машины из гаража выгоняют!
Хотя по идее исполнительная власть — она же исполняет решения местного представительного органа власти, Собрание — вот, скажем так, высший орган власти в районе, администрация должна исполнять решения, принятые депутатами. У нас получается все  с точностью до наоборот.
Но самое ужасное — в эти политические игры вовлекаются рядовые граждане: сфера образования, культуры, спорта, медицины — бюджетников запугивают потерей работы, рекомендуют голосовать определенным образом. Был у нас такой пример: на встречах с представителями образования в период подписной кампании нашей газеты сотрудниками администрации открытым текстом объявлялось, что на «Балашовскую правду» подписываться не надо. И это говорят наши учредители! Шамин, когда привел на мое место исполняющего обязанности редактора, так сказал коллективу: ваша газета, мол, превратилась в желтую прессу. Знаете, почему он так сказал? Потому что в «Балашовской правде» выходили критические материалы, посвященные Шамину. Тогда газета сразу стала «желтой». Значит, чтобы числиться в списке «благонадежных газет», надо сидеть и помалкивать про безобразия и коррупцию?
Впрочем, учредителями администрация БМР числится лишь юридически. Фактически вот уже семнадцать лет газета — на хозрасчете. Они в нас ни копейки не вкладывают. Редакция сама зарабатывала средства, выпускала газету, делала ремонт, покупала компьютеры и другое оборудование, мебель, платила зарплату, налоги и так далее — то есть являлась самодостаточной организацией. Эта самодостаточность всегда служила почвой для определенной независимости газеты. Сегодня администрации надо во что бы то ни стало покончить с этим и загнать редакцию на бюджетное финансирование. Логика понятна: будете смирными и покорными — что-то будете получать.
...единство газеты и читателя...
— И как же удается выживать районной газете при таких условиях?
— Не скрою, очень тяжело. Чтобы дополнительно заработать денежные средства, мы создали собственную службу подписки и распространения (кстати, первые в области из районных газет), ввели гибкую систему скидок для рекламодателей, организовали продажу «толстушки» в розницу, через сеть киосков «Роспечать». И конечно же, редакция прилагает все усилия, чтобы сохранить подписчиков, хотя тенденция падения тиражей — общая для всех районок, так как подписка с точки зрения экономики — дело убыточное, особенно в нашем случае, когда типография за 200 километров и экспедирование тоже недешево. Но редакция все равно проводит среди подписчиков конкурсы, лотереи, помогает в решении бытовых проблем, является инициатором социальных акций, то есть остается верна принципам социально ответственной журналистики.
Взять хотя бы лыжные соревнования, организованные нашей редакцией. Со всего Балашова, даже с соседних районов, к нам приезжали участники и гости. Лыжня собирала не менее тысячи человек! И сами спортсмены, увидев в нас единомышленников, способных обеспечить организационную поддержку, что называется, к нам потянулись. Сначала пришли теннисисты: возьмите нас под свое крыло. Взяли. Потом пришли шахматисты с такой же просьбой. Взяли. Мы организовали при редакции клуб моржей, помогли им встать на ноги — и вот уже лет пять они находятся, извините за каламбур, в свободном плавании. Есть своя школа юных журналистов. Раз в месяц эти ребята выпускают свою страничку в «Балашовской правде» под названием «Мост».
Или, например, из одного села приходит сигнал, что там дети замерзают и голодают, а маме некуда устроиться на работу. Мы клич бросаем — помогите. И к нам в редакцию несут вещи, соленья-варенье, посуду, деньги (даже из Москвы пришел перевод на три тысячи рублей — знакомые из Балашова рассказали про нашу акцию, и люди решили помочь). Редакция своими силами организовывала для детей-сирот фестиваль «Лесная сказка».
И вот таких добрых и хороших дел у нас немало. В этом году, правда, из-за финансовых проблем наши планы пришлось корректировать. Лыжные соревнования мы впервые за много лет не провели. Нужны средства на призы, традиционную кашу и чай для всех участников, а денег нет. Органы местного самоуправления задолжали газете более миллиона рублей, большая часть из которых — долг администрации, то есть учредителя. Коллектив редакции выполнил все договорные обязательства перед администрацией по публикации «нормативки», а в ответ долги только растут.
— Когда общаешься с представителями районных газет, понимаешь, насколько там развиты отношения между газетой и ее читателями. Люди идут в редакцию местной газеты и со своим горем, и со своей радостью, да и журналисты всегда помнят о том, что за каждое написанное слово им потом придется отвечать перед собственной соседкой. В больших городах вроде Саратова эта связь, эта социальная функция газеты, как представляется, если не утрачена, то уж точно сильно видоизменилась за последние десятилетия.
— Это, наверное, и есть главное отличие районок от областных изданий. Я недавно в Саратове зашла в одну редакцию, говорю: ой, вас тут и не найдешь, как же вас читатели находят. А они: да к нам, в общем-то, читатели и не приходят. Взаимосвязь построена несколько иначе. Я не говорю, что это хорошо или плохо. Просто в районке такое, конечно, не пройдет. Представить, например, «Балашовскую правду» без участия в ее жизни простого читателя я не могу.
— Тогда такой вопрос. Сегодня много говорится о «скорой смерти» печатной прессы — мол, газеты постепенно уходят в интернет, развиваются технические возможности для «журналистики без бумаги». И в том числе говорится о том, что «умирают» районные газеты...
— Знаете, первый раз я тему «смерти районок» услышала на каком-то семинаре лет 10-15 назад. Два года назад, когда мы, саратовские журналисты, были на семинаре в Швеции, тема маленьких газет в маленьких населенных пунктах тоже звучала. Но в итоге на том семинаре мы пришли к выводу, что эти газеты не умрут (если, конечно, специально их не убивать, как это делается учредителем «Балашовской правды»). И объяснение для этого простое: я хочу знать новости в мире, в стране, в области,— но больше всего я хочу знать новости своего города, района, знать, что в соседней деревне, на соседней улице делается. Так что районная пресса, я уверена, будет востребована. Тем более что свои социальные функции она никогда не потеряет. Это традиция, которая складывалась десятилетиями: взять газету в руки, полистать страницы, пощупать бумагу... А ждать, когда интернет дойдет до каждого сельского дома, мы можем еще долгие годы — да у нас газ еще не во все уголки района дошел, что говорить об инновационных технологиях!
...и журналистская солидарность
— Простите, Ольга Николаевна, что вновь возвращаюсь к теме вашего увольнения — просто это событие всколыхнуло все журналистское сообщество. В этой связи в том числе и вами не раз подчеркивалась значимость такой темы, как профессиональное единение, солидарность, взаимные поддержка и помощь...
— Я не знаю, хватило бы у меня сил противостоять сложившимся обстоятельствам, если бы не та поддержка, которую мне оказал и коллектив «Балашовской правды», и коллеги из других муниципальных, а также областных изданий. Плюс постоянная связь с Фондом защиты гласности, Союзом журналистов России, региональным Союзом журналистов, министерством информации и печати... Хотя прошедший период был очень сложным в моей  жизни, как мне кажется, он заставил понять: мы — единомышленники. И сколько бы ни конфликтовали порой между собой журналисты, в момент общей беды (ведь моя ситуация, к сожалению, не единична) мы готовы объединяться.
А значит, мы не одни, а значит, можно — и нужно — бороться за свои права. Тем более что существуют определенные тенденции, опыт других стран, которые нельзя игнорировать. Большая группа саратовских журналистов побывала в Швеции, и мы увидели другой мир, другие взаимоотношения общества, власти и СМИ. Перед законом равны все. И если ты недоволен публикацией — обращайся в комиссию по информационным спорам (заметьте — не в суд, как принято у наших власть имущих). То есть, понимаете, в мире уже есть наработанный опыт саморегулирования  медиасообщества, от которого наша страна, и тем более Саратовская область, пока далеки.
— Но мы тоже начали делать шаги в этом направлении...
— Гигантские шаги! Сначала появился такой институт, как Большое жюри, и начал действовать, туда стали обращаться. Да, сейчас многие критикуют Большое жюри за то, что оно якобы не работает. Но ведь это вина не журналистов, а скорее тех, кто по каждому поводу строчит иски в суд вместо того, чтобы открыто разобраться в сути претензий. Теперь мы пошли дальше — на недавней конференции Саратовского союза журналистов была создана комиссия по информационным спорам.
И возвращаясь к вопросу о профессиональной солидарности. Вспомните, как все СМИ писали про мое увольнение, про увольнение ершовского редактора, как вступились за калининскую газету и так далее — много чего произошло за последние годы, вы и сами в курсе. Так вот, эти негативные для отдельных СМИ и журналистов события сделали одно очень большое дело — они помогли сформировать сообщество журналистов, способное проявлять профессиональную солидарность.
И конечно, нельзя не отметить, что огромная заслуга в этом принадлежит председателю регионального Союза журналистов — Лидии Златогорской. Она — крайне преданный своей профессии человек, которому претит политика двойных стандартов. На первом месте у нее — журналист. Думаю, поэтому ей доверяют, к ней идут. И сплотились-то журналисты вокруг нее! И стали сильнее. Поэтому и наскоки противников такой консолидации стали агрессивнее и яростнее, а ложь и провокации с их стороны — все грязнее и изощреннее.
— У нас есть пример руководителя Союза журналистов Златогорской, ваш пример руководителя газеты, среди работников СМИ немало успешных женщин. Наше интервью выходит в праздник 8 Марта, а потому не могу не поинтересоваться вашим мнением относительно того, легко ли женщине в журналистике?
— Ну, к категории успешных женщин уволенный редактор вряд ли может относиться. Что касается самого вопроса, в профессии можно идти на мелкие или серьезные компромиссы, можно прогибаться и подстраиваться, а можно принципиально отстаивать свою позицию, наживая кучу проблем. И этот выбор каждый делает сам.
Источник: газета «Репортер»


Комментариев нет:

Отправить комментарий