понедельник, 26 марта 2012 г.

ПОХИЩЕНИЕ НИКОЛАЯ АРТАМОНОВА было одной из последних известных теперь спецопераций КГБ


В прошлом военный моряк, капитан 3-го ранга, он был самым молодым командиром эсминца Балтийского флота. И это не конец, а скорее начало стремительной карьеры. Его ждало блестящее будущее. Шли разговоры о предстоящем переводе в Главный морской штаб.

Уже были отправлены в Москву документы на присвоение ему следующего воинского звания. Николай Федорович Артамонов был женат на дочери очень влиятельного адмирала, важной "шишки" в командовании ВМФ. С таким тестем ему в перспективе тоже было обеспечено высокое адмиральское звание.

Новейший эсминец "Сокрушительный", командиром которого был Артамонов, входил в состав советской эскадры. Она базировалась в польском порту Гданьске. Николай часто сходил на берег, бывал в общественных местах.

И случай перевернул или повернул всю его жизнь. Он познакомился с двадцатидвухлетней черноволосой красавицей, полькой Евой Гура. Влюбился без памяти. Уже на третий день знакомства сказал девушке, что без нее теперь не мыслит своей дальнейшей жизни. Еве тоже понравился красивый и статный моряк, который с ходу объяснился в любви.

Однако командир эсминца, зять адмирала у всех на виду. Стоило ему появиться вместе с красавицей полькой Евой Гура, как посыпались вопросы. Да и особый отдел заинтересовался.

Николай понял, что не сможет развестись - не дадут, а даже если разведется, жениться не сможет на иностранке - все равно не получит разрешения. С каждой встречей его любовь становилась все сильнее, и Ева стала всем смыслом его жизни. Она отвечала ему взаимностью.

И Николай Артамонов, у которого была семья - еще недавно любимая жена и сын, принимает решение бежать из Гданьска в Швецию. Бежать вместе с Евой, которую ему не пришлось долго уговаривать. Она влюбилась в советского морского офицера.

В воскресенье 7 июля 1959 года на служебном катере вместе с Евой и мотористом матросом Ильей Поповым Николай Артамонов вышел в море порыбачить. Как рассказал на следствии Попов, Артамонов приказал взять курс на Швецию и угрожал в случае отказа застрелить его. И Попов выполнил команду - повел катер в Швецию. Повезло, и туда добрались без особых приключений.

Николай Артамонов и Ева Гура обратились к шведским властям с просьбой о политическом убежище. Они его получили на четвертый день пребывания в этой стране.



Вернемся немного назад, в СССР. Очень коротко расскажем о пока не очень длинном жизненном пути, который прошел Николай Артамонов до того, как очутился в Скандинавии. Николай Федорович Артамонов родился в семье корабела канонерского завода в Ленинграде. Он с юношеских лет знал, что будет моряком. После окончания военно-морского училища получил направление на Балтийский флот. Быстро двигался по служебной лестнице и в 32 года уже командовал эсминцем.

Двигался бы дальше еще быстрее, женитьба на адмиральской дочери гарантировала это. Однако на пути карьеры встала любовь. Теперь она заменила для него все. В Стокгольме ознакомились с переданными Артамоновым картами побережья и района Карлскруны - основной базы шведского флота на Балтике и ужаснулись. Карты оказались точнее шведских и имели обозначения всех оборонительных сооружений, включая глубину секретных фарватеров в шхерах.

Шведские спецслужбы были тесно связаны с американскими. О появлении катера с офицером, командиром советского боевого корабля, сообщили представителям ЦРУ. С беглецами поспешил встретиться работавший под прикрытием дипломата, сотрудника посольства США в Швеции, резидент ЦРУ Пол Гарблер. Он сообщил в Вашингтон своему шефу Аллену Даллесу, что перебежчик представляет большой интерес как источник стратегической информации.

После обстоятельной беседы Артамонова отправили в ФРГ, во Франкфурт-на-Майне. Здесь на американской базе офицеры разведки, сотрудники ЦРУ месяц выжимали из него сведения о советском военно-морском флоте. Он выложил все, что знал.

Что касается моториста Ильи Попова, то он колебался и тоже намеревался остаться в Швеции, боялся, что его обвинят в содействии изменнику. Однако Артамонов уговорил его вернуться в Советский Союз, поскольку "на Западе ему делать нечего". И он возвратился на Родину.

После месячного пребывания на американской базе в ФРГ Артамонова и Еву отправили в Соединенные Штаты. ЦРУ его опекало и прятало. Местопребывание Николая и Евы держалось в строгой тайне. Артамонову выдали новые документы. Теперь Артамонов стал Николасом Джорджем Шадриным.

Он женился на Еве Гура. И даже начал делать карьеру в военном ведомстве. США. Его приняли на должность аналитика Разведуправления Министерства обороны. Он работал в отделе, который собирал и обрабатывал информацию о советском ВМФ и гражданском флоте. Одновременно его взяли на контрактной основе консультантом в ЦРУ. Николай регулярно читал лекции советологам, и не только им, по проблемам обороноспособности СССР.

Ева, которая тоже получила новую фамилию Бланка, по специальности была зубным техником. Ей помогли относительно быстро получить лицензию и наладить зубоврачебную практику на дому. Жили в большом и красивом особняке в Арлингтоне. Так что материально они были обеспечены и не могли жаловаться на судьбу. Конгресс специальным решением предоставил Николаю и Еве американское гражданство.

Советская разведка довольно долго пыталась установить, где находится Артамонов. Однако выйти на его след не удавалось. В марте 1966 года в США прибыл молодой советский дипломат Игорь Петрович Кочнов. Примерно через неделю после своего появления в Вашингтоне он нашел в телефонной книге домашний номер заместителя директора ЦРУ Ричарда Хелмса и позвонил ему. Он сказал, что обладает информацией, которая представляет интерес для ЦРУ, и он готов ее передать.

Когда сотрудники ЦРУ встретились с ним, заявил, что является офицером КГБ и прибыл в США со специальным заданием - установить местонахождение Николая Федоровича Артамонова, который бежал из СССР в 1959 году и находится теперь в США.

Он предложил ЦРУ помочь ему найти Артамонова и установить с ним контакт. Это будет способствовать его карьере и пойдет на пользу ЦРУ, поскольку он станет внедренным агентом КГБ в ЦРУ, которое будет получать от него точную информацию. Он искренне готов работать в пользу Америки.

Появление и предложение Кочнова было неожиданным. В американской разведке его несколько дней обсуждали. Взвешивали все "за" и "против". Консультировались с ФБР. В конечном счете было решено устроить встречу Артамонова-Шадрина с Кочновым, который получил псевдоним Кити Хок.

Такая встреча состоялась. Впоследствии Хелмс утверждал, что он с самого начала был против этой операции. Он говорил: "С моей стороны никогда не было ни малейшего намерения разрешить Шадрину встречи с кем бы то ни было из русских. Не помню, кто руководил этой операцией, но только не я. Кто-то обращался ко мне с просьбой принять такое решение. И напрасно. Я никогда не одобрил бы этой затеи".

От Кочнова ЦРУ получило некоторую информацию о деятельности КГБ в США. От него получили сведения о некоторых агентах советских спецслужб - нелегалах. От него американцы узнали о майоре армии США, известном под псевдонимом "Саша", который был завербован КГБ в Германии и передавал советской разведке секретные сведения об армии и флоте США, о их новой боевой технике.

У ЦРУ возникло подозрение, что И.Е.Орлов является агентом-двойником - его разоблачили с помощью Кочнова. Он же сообщил сведения о нескольких гражданах США, много лет работавших на советские спецслужбы.

Под присмотром ФБР Артамонов встретился с Кочновым и сделал вид, что искренне раскаивается в предательстве, и согласился работать на КГБ, надеясь заслужить прощение советских властей. Он передал информацию, касающуюся его работы в Разведуправлении Министерства обороны. В действительности это была дезинформация, которую подготовило ФБР.

После двух встреч Кочнов неожиданно сообщил, что его отзывают в Москву, и передал Артамонова на связь другому оперативнику резидентуры. Артамонов в течение нескольких лет встречался с сотрудником разведки КГБ А.Соколовым и передавал дезу - информацию, подготовленную ЦРУ и ФБР.

Однако в Москве возникли подозрения по поводу достоверности его информации. Постепенно сомнения усиливались. После проведения ряда проверок руководству КГБ стало ясно, что Артамонов ведет двойную игру. Было установлено, что он работает под контролем американских спецслужб. После этого руководство КГБ приняло решение выкрасть Артамонова и доставить его на территорию СССР. К подготовке этой операции была подключена резидентура разведки КГБ в Вашингтоне.

Соколов сообщил Артамонову, что срок его командировки в США заканчивается, и теперь вместо него связь с ним будет поддерживать разведчик-нелегал. Руководство операцией было возложено на начальника управления "К" 1-го Главного управления КГБ Калугина. Было решено похитить Артамонова в Вене, заманив его туда под предлогом встречи с нелегалом.

В декабре 1975 года Артамонов приехал в столицу Австрии Вену на встречу с новым оперативником КГБ. Вечером 20 декабря она должна была состояться неподалеку от посольства США.

Он сказал жене, которая тоже была с ним в Вене, что скоро возвратится, и ушел из гостиницы. И пропал. Больше его никто не видел. Его исчезновение вызвало шок у сотрудников ЦРУ и ФБР. Сразу возник вопрос о роли Кити Хок, т.е. Кочнова, в этой истории.

Джеймс Нолан, заместитель директора ЦРУ по контрразведке, с самого момента появления в Вашингтоне считал его подставой КГБ. Все, что он передавал американцам, считал Нолан, - это чистой воды дезинформация. Его убеждение основывалось на том, что Кочнов больше ни разу не появился в США.

Определенную ясность в дело Артамонова и Кочнова внес бывший начальник управления "К" 1-го Главного управления КГБ Олег Калугин. По его словам, Кочнов был командирован в США после того, как удалось приблизительно установить местонахождение Артамонова, с тем чтобы сделать попытку его завербовать, точнее перевербовать.

Попытка удалась. Он начал давать ценную информацию. В КГБ он получил псевдоним Ларк. Однако со временем возникли подозрения по поводу правдивости его информации. Проведенная проверка показала, что он фактически поставляет КГБ хорошо продуманную и ловко замаскированную дезинформацию, в которой не так просто было разобраться.

Руководство КГБ приняло решение организовать его похищение. Под благовидным предлогом его удалось заманить в Австрию. Артамонов приехал в Вену вместе с женой Евой в сопровождении сотрудника управления безопасности ЦРУ Соли и сотрудницы ФБР Синтии Хосмэн. Все они остановились в гостинице "Бристоль".

Первая встреча Артамонова с сотрудниками разведки КГБ прошла вечером 18 декабря. За ней наблюдали Соли и Хосмэн, и никаких подозрений у них не возникло. На следующий день состоялась вторая встреча, и опять ни Артамонов, ни американцы не заметили ничего подозрительного.

Вечером 20 декабря Николай отправился на встречу с нелегалом, который затем отправлялся в США для дальнейшего обеспечения связи с Артамоновым. Она должна была состояться в другом районе города. Недалеко от американского посольства его ждали оперативники Козлов и Курышев. Они предложили ему сесть в машину.

О том, что произошло дальше, рассказал в своих мемуарах Калугин, который непосредственно руководил операцией: "В машине ему набросили на лицо маску с хлороформом, сделали усыпляющий укол для гарантии и повезли в сторону чехословацкой границы. Однако обнаружили, что он, не выдержав стресса, скончался от острой сердечной недостаточности. Смерть констатировал словацкий врач, которого пригласили через пограничников. Труп был доставлен на спецсамолете КГБ в Москву. Похоронили его под латышской фамилией на одном из московских кладбищ. Есть, однако, все основания полагать, что причиной его смерти была не сердечная недостаточность, а чересчур большая доза хлороформа".

А.Соколов тоже опубликовал мемуары. Он выдвинул совсем другую версию смерти Артамонова. Прямо обвинил Калугина в преднамеренном убийстве Артамонова по заданию ЦРУ, агентом которого он якобы являлся с 1959 года.

Работал ли Калугин на американцев, вопрос весьма спорный. Никаких доказательств этого Соколов и другие авторы, утверждающие это, не привели. Другое дело, что Калугин, одним из первых увидев, что "броненосец" под названием КГБ тонет, решил бежать с него. Он дал важные показания о преступлениях КГБ. Чекисты были поражены такой прытью генерала и поспешили зачислить его в давние агенты ЦРУ.

Когда похищали Артамонова, Калугин работал не на Америку, а против Америки и верно служил Коммунистической партии и ее щиту - КГБ. Это когда Советская власть стала трещать по швам, он раньше других понял, куда ветер дует.

Несмотря на провал операции, непосредственных ее участников наградили орденами. Так, Калугин за похищение Артамонова получил орден Красного Знамени. Принимавшие участие в этой операции сотрудники разведки КГБ Олег Козлов, Михаил Курышев, Владимир Дзержановский тоже были удостоены наград.

В США похищение американского гражданина Шадрина-Артамонова вызвало волну возмущения, В том, что за этим стоит КГБ, сомнений ни у кого не было. Многие видные политики, юристы, деятели культуры выступили с требованиями к американскому и советскому правительствам сообщить о его судьбе.

С заявлениями по этому поводу выступили Киссинджер и Бжезинский. Дошло даже до того, что тогдашний президент США Форд обратился к Брежневу с просьбой ответить, где находится Артамонов. Брежнев не заставил долго ждать ответа: "Мы бы сами хотели знать, где он сейчас находится".

"Русский базар", США

Комментариев нет:

Отправить комментарий