вторник, 28 декабря 2010 г.

АГРАРНИК. Депутат Госдумы Геннадий Кулик: Самое страшное, когда землю забирают без явного нарушения действующего законодательства…


Пермская история – одна из тысяч подобных. Судя по криминальным хроникам и судебным процессам, передел земель принял массовый характер. Как остановить рейдеров и защитить от захватчиков сельскохозяйственные угодья, которые во всем мире считаются национальным достоянием? За ответом мы обратились к депутату Государственной Думы Геннадию Кулику, одному из самых авторитетных в России аграрников. 

– Геннадий Васильевич, в этом номере «ЭБ» снова материал о попытке захвата земли. Причем если герой прошлой публикации, директор подмосковного совхоза Павел Грудинин, отбился от рейдеров, то у пермских селян, похоже, шансов нет. Как вы оцениваете это явление?
– Нам важно понять, почему это явление приняло массовый характер, почему сельскохозяйственные земли стали объектом многочисленных рейдерских атак. Я имею в виду не откровенный криминал, которым должны заниматься следственные органы и суды. Самое страшное, когда землю забирают без явного нарушения действующего законодательства. И изменить ничего нельзя, потому что формально все правильно.
– Такое впечатление, что пригородная земля будто медом намазана…
– Так и есть. Цена вопроса очень высока. Можно с помощью группы подельников оформить в собственность земельный участок за символическую сумму. Сегодня цена сельскохозяйственной земли всего 15–20 тысяч рублей за гектар. Но достаточно землю вывести из оборота, подготовить к застройке, как цена взлетает в тысячи и десятки тысяч раз. За счет такой нехитрой комбинации можно сказочно обогатиться. Но одни снимают пенки, а другие теряют все. Сельские жители остаются без земли и без средств к существованию. Ведь другой работы у них просто нет.
Спрашивается, куда власти смотрят? Почему такое стало возможным?
– В свое время президент Ельцин подписал указ, которым, как он выразился, доделал то, что обещал Ленин. По указу колхозные и совхозные поля поделили на доли, в зависимости от числа работников. Включили также в списки пайщиков пенсионеров, врачей, учителей и других сельских жителей. Вот так выглядела эта, казалось бы, очень демократическая реформа. В результате гражданам от имени государства выдали 12,8 миллиона свидетельств о праве собственности на землю.
– То есть крестьянин получил не землю, а гербовую бумагу.
– Да. Законы о том, как реализовать право собственности, принять забыли. Все осталось на бумаге. В результате сегодня право собственности оформили 1,4 миллиона человек, которым принадлежит 18 миллионов гектаров. В то время как указом было роздано по паям 118 миллионов гектаров. Вот откуда корни растут. Вот вам поле деятельности для рейдеров и захватчиков всех мастей!
– Но сегодня законы есть – Земельный кодекс, закон об обороте земли. Почему же так медленно идет процесс юридического оформления?
– Все законы исходят из того, что долевая собственность должна оформляться в строгом соответствии с положениями Гражданского кодекса. А он защищает права каждого дольщика. Но когда римляне создавали гражданское право, никому в голову не могло прийти, что мы в России придумаем долевую собственность, когда дольщиками являются 400–500 человек. В этих условиях многие процедуры оформления оказались для граждан просто неподъемными. Вот, скажем, по закону общее собрание определяет, как реализовать право на землю. Пайщики должны собраться и принять решение. Но вот представьте себе ситуацию: большинство пайщиков – пенсионеры, живут в дальних селах, нет связи, транспорта. Собрать их вместе часто просто невозможно.
– Можно делегировать право голосования соседу.
– Это не так просто. По закону удостоверить такое право следует специальным документом, заверенным у нотариуса. Где его взять? И где пенсионеру взять деньги, чтобы оплатить его услуги?
– Зато деньги есть у рейдера – и на нотариуса, и на выкуп пая...
– Правильно. И вот вам типичный случай. В тверском хозяйстве рейдеры положили глаз на землю, расположенную вдоль Волги. Предложили местным жителям большие деньги за земельные паи. Примерно треть согласилась, и им половину денег сразу выплатили. После чего взяли юриста и оформили документы, что эти люди поручают такому-то господину принимать решения на общем собрании.
Что дальше? Объявляют собрание в районном центре, расположенном за 120 километров. Тем не менее половина приехала. А к ним сразу с вопросами: «Где ваши документы на право собственности?.. Где подтверждение, что это ваше свидетельство, а не чье-то другое?» В результате собрание приняло решение отдать землю теми голосами, которые были удостоверены нотариально, то есть голосами рейдеров. Коллектив обращается в суд. Оттуда ответ: в законе не сказано, что собрание должно быть на территории сельхозпредприятия. Хоть в Лондоне проводи. При этом по закону присутствующие на собрании должны нотариально подтвердить свои права. Получается, все правильно сделано, комар носа не подточит.
– Ситуация действительно дикая. Но что же делать – не исполнять закон?
– Первое, что надо сделать, это немедленно принять поправки в соответствующие законы – Земельный и Гражданский кодексы, закон об обороте земель и о регистрации недвижимости. Эти поправки должны сделать две вещи. Во-первых, упростить порядок юридического оформления права граждан на землю. И, во-вторых, повысить роль муниципальных образований. Они больше других заинтересованы в правильном оформлении, потому что весь земельный налог идет в местный бюджет. Муниципальную власть надо наделить правом организовывать собрания и удостоверять подпись человека, передающего свои права при решении земельных вопросов. Чтобы не искать нотариуса, не переплачивать деньги.
– Вы считаете, этого будет достаточно, чтобы навести порядок с регистрацией и земельным оборотом?
– Есть еще проблема, которая сдерживает процесс. Это межевание участка, то есть определение границ в натуре. Мы в Государственной Думе добились, чтобы была разрешена регистрация садовых участков и приусадебных земель на основании плановой документации. Поставили только одно условие: если хозяин решит продавать участок, то должен сделать межевание за свой счет. Сейчас мы предлагаем такой порядок распространить на сельскохозяйственные земли.
Ведь когда они закреплялись за колхозами и совхозами, были аэрофотосъемки, нарезались севообороты. То есть плановых документов достаточно. На их основании можно выдать кадастровый план, зарегистрировать участок. И тогда у нас будет правоустанавливающий документ, который никто не сможет обойти, принимая любые решения по данной земле.
Теперь если кто-то захочет выделиться и продать, то должен будет отмежевать свою долю, зарегистрировать, получить в собственность. Это уже не обезличенное, а строго зафиксированное движение земли в рамках правового поля. В этом и состоит главная задача: зарегистрировать и на основе картографических документов определить размер и границы всех участков.
– А почему не провести межевание, как это предусмотрено законом?
– Придется потратить долгие годы. К тому же это очень дорого. Чтобы отмежевать участок в 5–6 гектаров, надо заплатить порядка полутора миллионов рублей. Это одна из причин, почему межевание затягивается. Вот тут и открывается лазейка для рейдеров. Они приходят и говорят бывшему председателю – мол, давай вместе скупим часть земли. Он выплачивает людям деньги, взамен получает заверенные нотариусом акты продажи земельных долей.
Собрав 30%, он уже может ставить вопрос о выделении участка для организации нового кооператива. После чего рейдеры благодарят подельника и ставят свое руководство. Всё, захват произошел. По закону.  Чем дольше мы затягиваем процесс регистрации земельных участков, тем дольше будет это безобразие продолжаться.
– И когда будут приняты поправки в земельное законодательство?
– Мы все подготовили и внесли. Я очень надеюсь, что Дума их быстро примет. Ведь общественность возмущена: сотни тысяч людей оставляют без земли и без будущего. Мы обязаны максимально облегчить закрепление земли за теми, кто нас кормит. Надо избавить их от бумажной волокиты и юридических казусов, которые сегодня отравляют жизнь тем, кто законным образом хочет зарегистрировать участок. А таких казусов хватает.
– Можете привести конкретный пример?
– Вот представьте, что глава кооператива прошел весь цикл по оформлению – состоялось собрание, люди дали согласие, межевание провели, деньги заплатили. На это ушло больше года. Приходит на регистрацию, где обязан приложить копии паспортов всех, кто передал землю в аренду. А за это время кто-то уехал. И главе говорят: начинай сбор документов сначала. Это же издевательство!…
Мы предлагаем регистрировать по факту. Если потом появятся наследники, предъявят претензии, то пусть рассматривают в судебном порядке. Не успели мы это сказать, как началось: «Кулик регистрирует землю на мертвые души, как гоголевский Чичиков!»
– А ведь так и есть.
– Формально – да. Но ведь никто ничего другого не предлагает. А ведь это массовое явление. У людей просто руки опускаются, потому что процесс регистрации может тянуться бесконечно.
И бесконечно платить деньги за оформление бумаг.
– И какие деньги! Сегодня глава хозяйства должен заплатить 7,5 тысячи рублей за регистрацию всего участка и еще по 500 рублей за каждого, кто ему передал свой пай. Если пятьсот пайщиков, то придется отдать 250 тысяч рублей. Целый год надо стадо коров держать, чтобы только заплатить регистрационную пошлину.
– Вы упомянули про мертвые души, а ведь их больше, чем в гоголевские времена. Пятнадцать лет назад паи роздали, а кто-то умер, кто-то уехал в город, земля брошена и как будто специально поджидает рейдеров.
– Вы задели за живое. Сегодня примерно 20% земельных долей не имеют хозяев – умерли, уехали, или были фиктивно оформлены. Ревизию провести невозможно, по суду решить нельзя, потому что нет ответчика. Правовой тупик.
Мы предлагаем упростить порядок. Общее собрание принимает решение по поводу земли, список невостребованных долей публикуется. Если полгода никто требования не предъявил, то муниципалитет их забирает в свою собственность через суд. Только так мы замкнем цепочку, и все земли попадут под надлежащий учет.
– Итак, какой же вывод из сказанного?
– Нам не решить многих проблем, в том числе связанных с рейдерскими захватами сельскохозяйственных угодий, пока у земли не появится хозяин. А у него в руках должен быть документ, подтверждающий право использовать владеть конкретным участком. Поэтому сегодня завершение регистрации – это главный вопрос для всех, кто хочет навести порядок в земельных отношениях. Мы обязаны принять поправки в законы, которые упростят для хозяина систему юридического оформления его прав.
– Может, пока этого нет, просто запретить перевод пашни в участки под застройку?
– Это не спасет от захватов. Потому что рейдеры сначала захватывают, а потом ставят вопрос о переводе. И пока мы первый этап не остановим, ничего не добьемся. Нам не справиться с их юристами. Тем более, им торопиться некуда. У нас 20 миллионов гектаров земель не используется, и многие из них захвачены рейдерами. Они просто ждут, когда цена еще поднимется.
– А земля в пригородной зоне стремительно дорожает. И рейдеры там предлагают вообще свернуть сельскохозяйственное производство и все отдать под застройку. Что Вы на это скажете?
– В развитых странах для того, чтобы гектар пашни занять чем-то другим, вам придется дойти до высшей власти. Каждый участок на учете – леса, холмы, овраги. При этом то, что кормит – святое. В Риме вплотную к городской стене подступают кукурузные поля и виноградники. У стен Вечного города растут Вечные ценности. И так должно быть везде.
Беседовал Василий Щуров

Комментариев нет:

Отправить комментарий