пятница, 7 октября 2011 г.

СМОТРИТЕЛЬ ЗАПОРОЖСКОГО ДУБА НЕЧИПОР ДЕЙКУН - его гибридные помидоры давали урожай по ведру и более с одного куста. Записки журналиста


Остров Хортица – колыбель  Запорожского  казачества.  Сюда  приезжают  люди  со  всех  концов  земного  шара,  чтобы  познакомиться   с  героической  историей  наших  предков.  А  памятников,  свидетельствующих  о  славных  делах  запорожских  казаков,  на  нашей  земле  немало.  Тут  есть  что  посмотреть  и  о  чем  послушать.  С  трепетным  волнением,  например,  осматривают  гости  знаменитую  Хортицу, многовековой  дуб  на  Верхней  Хортице,    известный    за  пределами  Украины  как  Запорожский  дуб.  И  каждый  раз,  когда  сюда  приходят  туристы,  обязательно  называется  имя человека,  который  очень  много  сделал  для  того,  чтобы  сохранить  для  потомков  этот  памятник  истории  и  природы.  Имя  этого  человека – Нечипор  Антонович  Дейкун.  Его  уже  нет  среди  нас,  но  память  о  нем  жива.  Благодаря  тем,  кто  хорошо  его  знал,  общался  с  ним.  Сегодня  мы  публикуем  фрагменты  их  воспоминаний.


КАКИМ ОН БЫЛ – ДЕД ДЕЙКУН?
Игорь  Ерохов,  преподаватель Запорожского  гуманитарного  университета:
- О Дейкуне  я  был  наслышан  еще  до  встречи  с  ним.  Товарищи  рассказывали.  Из  их  рассказов  я  знал,  что  он  ухаживает  за  дубом,   является  его  надежным  защитником,  что  он  якобы спас  его в  свое время  от  махновцев.  Те  хотели  развести  костер  под  дубом,  а  Нечипор (он  тогда  еще  молодым  парнем  был)  подошел  к  ним  и  убедил,  что  этого  делать  нельзя,  потому  что  это  ценный  исторический  памятник.  Послушались  махновцы,  не  стали   разводить  костер.   Хата  деда  Нечипора  стояла  рядом  с  дубом.  Там  жили  еще  его  отец  и  дед.  Там  прожил  и  он  всю  свою  жизнь,  охраняя  и  оберегая  дуб.  Сначала  он  был  смотрителем  этого  дуба  на  общественных  началах,  а  потом  уже  и  официально  получил  такую  должность.

Как-то  в  Запорожье  приехали  два  немецких  журналиста – один  из  ФРГ,  другой  из  ГДР.  А  поскольку  они  были  нестандартными  туристами,  то  мне  пришлось  их  сопровождать  по  памятным  местам  города.  Побывали,  конечно,  и  у дуба.  Тогда  вокруг  него  не  было  никакой  инфраструктуры.  Вокруг  ствола  дуба  была  деревянная  скамейка.  И  сегодня  еще  след  от  нее  на  коре  дуба  остался.  И  вот  мы  там  уселись  на  этой  скамейке,  любуемся.   Немцы  с  восторгом  осматривают  дуб,  восхищаются  его  мощью.

В  это  время  из  хаты  выходит  дед  Нечипор.  На  нем  простые  шаровары,  вышиванка,  брыль.  У  него  роскошные  казацкие  усы.  Немцы  замерли.  Они  подумали,  что  это  «кино»  для  них  устроили.   Я  подхожу  к  деду,  представляюсь,  а  он  спрашивает:  «А  то  хто  з  тобою?»  Я  объяснил,  говорю,  что  немцы  хотят  с  вами  пообщаться.   «А  воны  хто,  биологи?» - спрашивает  Нечипор.  Нет,  отвечаю,  журналисты.   «А…а…а – брехуны», - делает он вывод. 

Но  к  немцам  подошел.  Те  смотрят  на  него  и  задают  вопрос  через  переводчика:  «Сколько  лет  дубу?»   Дед,  почесав  затылок,  говорит: «Та,  мабуть,  650  років  є».  Немец: «О-о!».  « А  сколько  деду  лет? – спрашивают.  Тот  снова  чешет  затылок,  припоминает  вслух:  «У  сорок  шостому році  мені  було…».  В  общем,  начал  старик  хитрить.  А  переводчик,  не  дождавшись  полного  ответа  деда,  переводит:  «Столько  же,  сколько  и  дубу».  Немцы: «О-о!».  Конечно,  они  не  поверили  этому,  но  юмор  деда  оценили  по  достоинству.

После  этой  встречи  у  меня  были  и  другие  контакты  с  Дейкуном.  Я  приезжал  к  нему,    заходил  в  его  хату,  здоровался  с  ним.  Он  очень  открытый  и  прямой  человек  был,  с  богатым  народным  юмором.  Ему  тогда  помогал   горисполком.  У  него  там  стоял  старый  деревянный  киоск  «Союзпечати»,  по-моему,  восьмигранный.  Тогда  туристов  там  было  не  так  много.  И  дед  использовал  этот  киоск  как  личный  кабинет.  Он  закрывался  в  нем,  писал  статьи  в  журналы  по  садоводству,  огородничеству  и  т.д.  Он  был  наделен  природным  даром  селекционера,  занимался  выведением  различных  сортов  овощей,  фруктов.  Например,  его  гибридные  помидоры  давали  урожай  по  ведру  и  более  с  одного  куста. 

У  него  возле  калитки  было  дерево,  кажется,  ива.  Оно  было  так  изогнуто,  чтобы  можно  было  сделать  скамеечку  для  внуков.  Для  его  внуков.  Возле  его  хаты  росли  деревья,  посаженные  знаменитыми  людьми.  Например,  было  дерево  Олеся  Гончара,  Хо  Ши  Мина  и  других  известных  деятелей.  И  на  каждом  из  этих  деревьев соответствующая  табличка:  кто  и  когда  посадил.  Сейчас  это  все,  к  сожалению,  снесли  бульдозером.  То  есть,  «окультурили»  бульдозером  эту  территорию.

Ну,  кто  тогда  приезжал  к  нам?  В  основном,  канадские  украинцы.  И,  естественно,  все,  что  имело  отношение  к  старине,  их  интересовало.  И  вот  они  как-то  приехали  к  деду.   Он,  как  всегда,  выходит  в   вышиванке.  Ему  задают  вопрос: «Одеваетесь  вы  по-украински,  а  что  вы  едите?»  «Ну,  як  усі,  так  і  я», - отвечает  Нечипор.  «А  можно  посмотреть?» - спрашивают.  «Тільки  поодинці,  щоб  грязюки  у  хату  не  натягли», - говорит  дед. 
 

У  него  как  раз  в  этот  день  были  вареники  с  вишнями.  Ими  он  и  стал  угощать  вошедшего  за  ним  канадца.  Тот  был  одет  в  белую  нейлоновую  рубашку.  Тогда  у  них  они  стоили  копейки,  а  у  нас  это  был  дефицит.  И  канадцы  их  не  стирали,  просто  выбрасывали,    одевали  другую.  И  вот  канадец  берет  в  руки  вареник,  пробует  его.   Как  только  нажал  зубами,  вареник  лопнул  и  вишневым  соком  залил  всю    рубашку.  Дед  испугался,  он  же  не  знал,  что  такие  рубашки  не  представляют собой  большой  ценности.  А  канадец  в  приступе  эйфории  выскакивает  из  хаты,  бежит  к  своим  товарищам,  хвалится:  посмотрите,  мол,  какой  вареник!  А  дед  идет  за  ним,  приговаривает: «Я  його  не  бив! Не бив!».  Все  члены  канадской  делегации  перепробовали  дедовы  вареники  и  были  в  восторге.

Очень  занимательный  и  интересный  человек  был  дед  Дейкун.  У  него  был  широкий  круг  общения.  В  основном  общался  он  с  людьми,  которые  ценили  украинскую  культуру,  которые  приезжали  к  нему,  потому  что  у  него  были  редкие  книги.  Я  у  него  впервые  прочел  «Историю  запорожского  казачества»  Яворницкого.  Тогда  она  была  величайшей  редкостью.  Он  запирал  меня  в своем  киоске,  и  я   там  читал  эту книгу.  «Шоб  не  вкрали» - говорил. 

Я  у  него  читал  также  книгу  «Дніпро  и  пороги»».  Там  были  фотографии  днепровских  порогов.   Их  делали  перед  затоплением.  Это  была  экспедиция  специальная,  которую  возглавлял  Яворницкий.  И  как  результат  исследований  была  издана  эта  книга.  Я  ее  тоже  читал  в  дедовом  киоске.  Кстати,  участником  той  экспедиции  был  и  дед  Нечипор.  Он  был  там  в  качестве  землекопа  или  копаля,  как  тогда  говорили.   С  Яворницким  он  был  близко  знаком,  бывал  у  него  в  Днепропетровске.  Когда  замерзал  Днепр,  он  на  коньках  ездил  в  Днепропетровск.  Это  еще  до  войны.  Это  был  широко эрудированный  человек.
Дед  Нечипор  сильно  переживал,  когда  его  хату  снесли.  Ему  дали  квартиру  на  улице  Кияшко, что в правобережной части Запорожья, недалеко от Старого Днепра.  Там  он  и  умер.  Жил   на  улице  Кияшко, но   почти  каждый  день  приходил  к  дубу,  когда  позволяло  здоровье.  И  сидел  там.  Криницей,  которая  была  возле  его  хаты,  потом  уже  никто  не  пользовался.  Вода  в  ней  загнила.  Вот  отсюда  и  началась  гибель  дуба.  Дед  Дейкун  знал,  где  выходят  корни  Запорожского  дуба.  Он  «воевал»  постоянно  с  жителями  Верхней  Хортицы,  чтобы  они там  не  выливали  помои.   Дед  Нечипор  был  хорошим   биологом,  хоть  и  недипломированным.  Он  всегда  высказывал  властям  все,  что  думал,  вносил  предложения.  Но  никто,  к  сожалению,  его  не  слушал,  считали:  дед  и  есть  дед,  пусть  говорит.  А  он  всегда  говорил  дело.

ПРАВДА ВПЕРЕМЕШКУ С ЛЕГЕНДАМИ
        
Владимир  Шовкун, запорожский  краевед: - Нечипор  Антонович  был  человеком  неординарным,  по-настоящему  яркой  личностью. То,  что  Запорожский  дуб  еще  стоит  и  привлекает  к  себе  тысячи и  тысячи  туристов,  огромная  заслуга  Дейкуна. Можно  с  уверенностью  сказать,  что  никто  больше  не  сделал  для  его  сохранности.  Я  уже  не  могу  припомнить  детали  наших  встреч  с  ним.  Но  они    были  всегда  интересными,  запоминающимися.

Как-то  он  рассказал  мне  о  таком  факте.  Кто-то  пустил  слух,  что  кора  этого  дуба  очень  целебная,  может  поднять  на  ноги  даже  тяжелобольного, что  человек,  употребляющий  настои  этого  дуба,  может  жить  до  ста  лет.  После  этого  началось  настоящее  нашествие  на  дуб.  Бесконечно  приходили  какие-то  люди,  пытались  сдирать  кору  с  дерева.  Приезжали  даже  из  других  городов. 

Дед  Дейкун  отбивался  как мог,  но  желающих  лечиться  корой  дуба  не  становилось  меньше.  Тогда  он  пошел  на  такую  уловку.  Обратился  в  колхоз  с  просьбой  дать  ему  мешок  дуста.  Для  чего  это  ему  нужно,  ничего  не  объяснял.  Привез  этот  дуст  и    рассыпал  вокруг  дуба.  И  сам  дуб  посыпал  дустом.  Запах  стоял  вокруг  дуба  такой,  что  отпугивал  всех  желающих  приблизиться  к  нему.  Вот  так  спас  он  дерево,  отвадил  желающих  сдирать  с  него  кору.

Ну,  а  селекционер  он  был  от  Бога.  Чего  только  не  было  в  его  усадьбе:  вишни,  сливы,  яблоки,  груши,  помидоры  и  т.д.  И  все  выращено  его  руками  путем  селекции,  путем  прививок.  В  1954  году  в  честь  воссоединения  Украины  с  Россией  он  посадил  три  жолудя,  из  которых  выросли  три  стройных  дуба.

Недалеко  от  Запорожского  дуба,  метрах  в  300-х  от  него,  на  улице  Шушенской  стоит  еще  один  многовековой  дуб.   Он  еще  вполне  здоровый,  зеленый,   но,  к  сожалению,  не  взят  под  охрану.  Недавно,  когда  местным  жителям  проводили  газ,  спилили  у  этого  дуба  четыре  ветки.  А  ведь  он  мог  бы  в  будущем  заменить  нынешний  умирающий  дуб. Нет  деда  Дейкуна  и  некому  об  этом  позаботиться.

История  Запорожского  дуба, расположенного на Верхней Хортице,  интересна.  Это  хорошо  знал  Нечипор  Антонович.  Например,  там,  где  стоит  сегодня  камень,  был  до  войны  дом  немца  Гаргеля.  А  где  стоит  каменное  сооружение  возле  колодца,  там  стоял  домик  из  самана.  На  территории    Верхней  Хортицы  проживали  тогда  немцы-колонисты.  Так  вот  в  1916  году  Гаргелю  задали  такой  вопрос:  почему  он  не  снесет  эту  развалюху?  Гаргель  ответил:  «Это  не  развалюха,  а  музей».   И  Гаргель  был  прав.  Здесь  когда-то  ночевали   Раевский  и  Пушкин.  Кстати,  Пушкин  побывал  в  наших  местах  в  1823  году,  а  его  «Руслан  и  Людмила»  написана  в  1820  году.  И  там  сначала  не  было  предисловия  «У  лукоморья  дуб  зеленый…».   А  после  1823   года,  когда  Пушкин  побывал  у  нашего  дуба,  это  предисловие  появилось.

Гаргель -  хозяин  дома,  который  стоял  до войны  на  территории  близ  нынешнего  дуба,  тоже  был  человеком  неординарным.  У  него  было  два  сына  и  он  на  дубе  сделал  им  постели.  Ставил  вечером  лестницу,  они  туда  поднимались,   он  убирал  лестницу.  А  парни  были  уже  взрослые,  любили  вечером  погулять.  Свои  действия   отец  объяснял  так:  когда  они  спят  на  земле,  то  на  второй  день  они  плохо  работают,  а  когда  на  дубе,  все  в  порядке.  Практичным  был  немец  Гаргель.

В  43-м,   во  время  оккупации  Запорожья,  в  городе  побывал  Гитлер.   Показали  ему,  как  свидетельствуют  очевидцы,  и  наш  дуб.  Он, якобы,  увидел  дерево,  обошел  его  и  сказал  следующее: «Выкопать,  распилить  на  куски  и  отправить  в  Дрезденскую  галерею.  Там  восстановить  его.  Пусть  это  будет  символом  покорения  Украины».

Немцы,  якобы,  попробовали  рубить  дерево – не  получилось.  Они  поручили  это  дело  местным  полицаям.  А  местное  население  ненавидело  полицаев  больше,  чем  немцев.  Никто  не  дал  им  пилы.   А  потом  уже  обстоятельства  не  позволили  оккупантам  осуществить  эту  затею.  Не  знаю,  насколько  это  правда,  но  старые  люди  утверждали,  что  именно  так  все  и  было.

Николай  Зубашенко,  журналист


     


Комментариев нет:

Отправить комментарий