понедельник, 20 июня 2011 г.

ЗАПОРОЖЕЦ НИКИТА КАРАЦУПА. Пастух из села Алексеевки стал известным на весь мир пограничником-следопытом, имя которого носит не одна погранзастава СНГ

 


У  каждого  времени  есть  свои  герои.  Одним  из  таких  героев  в  30-50-е  годы  был  наш  знаменитый  земляк,  всемирно  известный  следопыт-пограничник,  Герой  Советского  Союза,  полковник  Никита  Карацупа.  Его  имя  было  известно  каждому  школьнику.  Как  писали  тогда  газеты  и  журналы,  он  вместе  со  своим  четвероногим  другом,  овчаркой  Индусом,  задержал  600  нарушителей  границы.    Даже    теперь,  спустя  многие  десятилетия,  о  пограничнике Карацупе  знают  не  только  на  любой  пограничной  заставе  Украины,  но  и  всех  заставах стран  СНГ.

         А  родился  он  в  1910  году  в  селе  Алексеевка  Куйбышевского  района  Запорожской  области.  Рос  сиротой,  в  бедности. Был  подпаском,  пастухом.  А  когда  призвали  в  армию,  стал  пограничником.  Именно  там  раскрылся  его  талант  следопыта.
        Впервые  карацуповской  темой   я  увлекся  в  конце  90-х.  А  подвиг  меня  на  это    ветеран  пограничных  войск,  подполковник  в  отставке,  бывший  сослуживец   Никиты  Федоровича  Карацупы – Владимир  Иванович   Ковальский.  Человек  замечательный  во  всех  отношениях.  Как  и  Карацупа,  он  родоначальник  целой  династии  пограничников.  Так  вот  мы  с  ним  задались  целью  собрать  как  можно  больше  информации   о  легендарном  следопыте,  чтобы  пополнить  комнату-музей  Карацупы,  который  начал  создаваться  при  краеведческом  музее  запорожского   филиала  Ногайского  сельхозтехникума.
         К  сожалению,  не  так  много  нам  удалось  сделать.  Дело  в  том,  что  литературы  о  нашем герое   совсем  мало.  В  основном  это  издания  50-х  годов.  В  них  больше  рассказывается  о  его  пограничной  службе.  И  практически  ничего  нет  о  личной  жизни  следопыта.
       - Я  как-то  познакомлю  вас  с  супругой  Никиты  Федоровича – Марией   Ивановной, - пообещал  мне  Владимир  Иванович. – Она  живет  в  Москве.  Там  же  живет  и  ее  дочь – Алла  Никитична.  Они  смогут  вам  рассказать много  интересного  о  нем  как  о  муже  и  отце.  А  вы  потом  напишите  в  газете.
         Но  случилось так,  что  Владимир  Иванович  не  успел  меня  познакомить  с  Марией  Ивановной – он неожиданно   умер. Но  московский  телефон  супруги  следопыта  случайно  остался  в  моей  записной   книжке.  Появилось  искушение  позвонить  и  задать ей несколько  вопросов.  Но  удобно  ли?  Ведь  я  с  ней  не знаком.  Да  и  не  дешево  для  меня  обойдется  такое  интервью.  Поделился  своими  сомнениями  с  главным редактором  газеты  «Подробности»  Валерием  Васильевичем  Полюшко,  с  которым  я  работал    уже  не  один  год.
 
       - Конечно,  звони  и  как  можно  быстрее.  Это  же  интересно.  Об  оплате  не  беспокойся  и  не  ограничивайся  во  времени.  Говори  столько,  сколько  это  нужно  для  хорошего  интервью.  Все  телефонные  расходы – за счет редакции.
        Конечно,    я  тут  же  позвонил  в  Москву.  И,  к  моей  радости,  переговорил  не  только  с  Марией  Ивановной,  но  и  с  ее  детьми – дочерью  Аллой  Никитичной    и  сыном   Анатолием  Никитичем.  Повезло,  одним  словом.  Потом   эти  интервью  накануне  Дня  пограничника  в  2004 году  были  опубликованы   в  еженедельнике «Подробности». Вот  о  чем  шла  в  них  шла  речь.

       Мария  Ивановна,  жена

    -Мария  Ивановна,  на  каком  из  московских  кладбищ   похоронен  Никита  Федорович?
    -На  Троекуровском.
      -   Это  сколько  же  было бы ему  теперь?
      - 94.  Он  родился  25  апреля  1910  года.  Мы  всегда  всей  семьей  отмечали  и  отмечаем   его  день  рождения.
       - Семья – это  кто?
       - Я,  мои  дети - Алла  и  Анатолий,  внуки – Андрей  и  Сергей.
       - Они  все  живут  в  Москве?
       - Не  все.  Анатолий  и  его  сын  Сережа  живут  в  Бресте.  Но  к  25  апреля  Анатолий  тоже  приезжает  на  день  рождения   отца.  Побываем  на  кладбище,  повспоминаем.  А  вспомнить  действительно  есть  что.  Никита  Федорович  был  не  только  хорошим  военным,  но  и  человеком  необыкновенным.  Прекрасный  муж  и  отец.
       - Накануне  Дня  Победы  я  звонил  к  вам,  но  беседа  у  нас  с  вами  в  тот  раз  не  состоялась,  вы  спешили  на  какую-то  встречу.  Что  это  за  встреча  была?
        - Собирали  вдов  Героев  Советского  Союза.  Поздравляли,  вручали  денежные  пакеты.  Очень  тепло  говорили  о  Никите  Федоровиче.
         - Значит,  память  о  знаменитом  следопыте  москвичи  чтут?
        - Не  забывают.  В  музее  Пограничных  войск  ему  отведено  самое  почетное  место.  Много  экспонатов  и  материалов  там  имеется – личные  вещи,  документы,  книги  и  т.д.
         - Мария  Ивановна,  о  Карацупе,  как  о  легендарном  пограничнике,  в  свое  время  написано  было  немало.  В  этом  смысле  он  личность  широко  известная.  Но  как  о  человеке  мы  знаем  о  нем  немного.  Расскажите,  пожалуйста,  как  вы  с  ним  познакомились,  где  это  было.
         - Это  было  в  годы  Великой  Отечественной  войны.  Познакомились  мы  с  ним  на  Дальнем  Востоке,  на  границе,  где  он  служил  тогда.
         - Вы-то  как  там  оказались?
         - Я  была  молодой,  мечтала  стать  летчицей,  попасть  на  фронт.  Даже  пыталась  поступить  в  летное  училище,  но  не  прошла  медицинскую  комиссию.  До  этого  я  занималась  в  аэроклубе,  прыгала  с  парашютом.  Но  меня  не  приняли.  После  этого  я  поступила  на  медицинские  курсы,  закончила  их  и  по  комсомольской  путевке  оказалась  на  Дальнем  Востоке,  на  границе. И  вот  как-то сидели  мы  с  подругой  в  столовой  погранотряда.  Заходит  военный  с  орденом  на  груди.  А  тогда  еще  мало  было  награжденных  орденами,  в  погранотряде  он  был  тогда  один  такой.  Я  спрашиваю  у  подруги: «Кто  это?» -  «Так  это  же  Карацупа, - говорит  она, - знаменитый  наш  следопыт».
       -  К  тому  времени  вы  уже  были  наслышаны  о  нем?
       -  Ну,  конечно.  О  нем  часто  писали  газеты.  В  школьных  учебниках  рассказывалось  о  его  подвигах.  И  вот  он  как-то  подошел  ко  мне,  представился.  Так  мы  познакомились,  стали  встречаться.  Кавалер  он  был  очень  внимательный,  долго  ухаживал  за  мной.  Я  чувствовала,  что  я  ему  нравлюсь.  И  он  мне  понравился  своей  простотой,  скромностью  и  обходительностью.  Ну,  а  потом  мы  поженились.
         -  Как  жилось  вам  на  дальневосточной  границе?
         - Как  и  на  любой  другой – тревожно.  Вызвать  его  могли  в  любое  время  дня  и   ночи.  Обитатели  заставы  узнавали  о  случившемся  на границе  по  Карацупе.  Если  видели,  что  Никита  Федорович   шествует  со  своим  Индусом,  значит,  на  границе  что-то  случилось.  А  случалось  там  такое  довольно  часто.  Иногда  я  месяцами  не  видела  его  и  не  знала,  где  он.  Приезжали,  забирали  его  с  собакой  и  все.  А  потом  возвращался  усталый,  отдыхал  и  снова  на  границу.
         -  Его  знаменитого  Индуса  вы  помните?
    -Первого,  конечно,  я  не  застала.  Он  погиб  еще  до  меня.  Но  у  него  было  много  других  собак.  И  тоже  Индусов.  Правда,  потом  они  стали  называться  Ингусами.  Но  это  уже  позже.
      - Но  о  первом  своем  Индусе  он  вам что-нибудь рассказывал?
     - О  нем  он  вспоминал  всю  свою  жизнь.  Рассказывал  о  том,  как  тот  спасал  ему  жизнь,  как  выхаживал  он  своего  питомца  после  ранения.  И,  конечно,  вспоминал  со  слезами  на  глазах  о  его  гибели.
       - Я  где-то  читал,  что  его  якобы  отравили  нарушители  границы.
       - По  рассказам  Никиты  Федоровича,  его  вызвали  тогда  в  Москву  для  вручения  ордена  за  боевые  заслуги.  Приехал  он  в  Москву,  пошел  в  музей  пограничных  войск.  В  это  время  звонок,  его  приглашают  к  телефону.  Звонят  с  погранотряда,  просят  его  срочно  приехать,  так  как  с  Индусом  случилась  беда  на  границе.  Никита  Федорович  не  стал  дожидаться  дня,  когда  ему  вручат  орден,  тут  же  вылетел  самолетом  на  Дальний  Восток.  Да  не  один,  а  с  лучшим  ветеринарным  врачом  Москвы.  Для  оказания  помощи  Индусу.  Но  такая  помощь  уже  не  потребовалась.  К  приезду  Никиты  Федоровича  он  был  уже  мертвый.  Хоронили  его  с  воинскими  почестями,  с  салютом.  Он  был  действительно,  как  говорил  Никита  Федорович,  отравлен  нарушителями.  Те  специально  охотились  за  собакой  Карацупы,  посыпали  свой  след  сильным  ядом.  И  собака  погибла.
        - А  почему  Индусы  превратились  в  Ингусов?  Муж  вам  рассказывал  об  этом?
        - Об  этом  Никита  Федорович   тоже  рассказывал.  Приезжала  какая-то  высокая  делегация  из  Индии.  Осматривая  столицу,  зашли  гости  в  музей  Пограничных  войск.  И  вот  будто  бы  им  не  понравилось,  что  пес  знаменитого   Карацупы  носит  кличку  Индус.  Одним  словом,  увидели  в  этом  оскорбление  национального  достоинства.  С  тех  пор  не  только  Индуса  переименовали  в  Ингуса,  но  и  вообще  было  запрещено  называть  служебных  собак  иностранными  именами.
       - Но  это  было  тогда,  при  Союзе.  А  теперь,  надеюсь,  Индус  снова  стал  Индусом? 
       -Понимаете,  прихожу  я  как-то  в  музей  Пограничных  войск    часто  там  бываю),  смотрю – по-прежнему  первую  собаку  Никиты  Федоровича  подписывают  Ингусом.  Подошла  я к  работникам  музея,  говорю  так  и  так.  А  они  разводят  руками: мол,  теперь  ничего  не  поделаешь.  Я  пошла  к  директору,  мы  с  ним  знакомы.  Он  выслушал  и  согласился  со  мной,  что  надо  Индусу  вернуть  настоящую  его  кличку.  И  теперь  уже  посетители  музея  видят  там  не  Ингуса,  а  Индуса,  как  и   должно  быть.
           -Где,  на  каких  границах  Никите  Федоровичу  приходилось  служить?
             Белоруссии,  в  Закавказье,  практически  на  всех  границах  Советского  Союза.  Я  с  ним  была  даже  во  Вьетнаме.  Это  было,  по-моему,  уже  в  60-е  годы.  Он  был  уже  пенсионером,  полковником  запаса.



- Ну,  там  он  уже,  видимо,  не  ловил  шпионов  и  диверсантов?
        - Там  он  помогал  вьетнамцам  наладить  в  пограничных  войсках  службу  собаководства.  Привез  туда  несколько  десятков  отборных  овчарок  и  обучал  вьетнамских  пограничников  работать  с  ними.
        - Получалось?
        - Он  говорил,  что  вьетнамские  пограничники  оказались  прилежными  учениками,  быстро  освоили  курс  дрессировок  собак.  Да  и  в  газетах  тогда  сообщалось  о  том,   что  вьетнамские  пограничники  с  помощью  собак  выследили  и  задержали  несколько  лазутчиков,  заброшенных  американской  разведкой.
      - И,  наверное,  среди  тех  собак  были  и  Ингусы  Никиты  Федоровича?
       -Были  и  Ингусы,  но  уже,  конечно,  не  Никиты  Федоровича,  а  других  молодых  дрессировщиков.
       -Мария  Ивановна,  а  дома  у  вас  собаки  были?
       -Не  было. Приводил  иногда  Никита  Федорович  служебных.  А  своей  у  нас  не  было.  Не  держали,   потому  что  он  часто  был  в  разъездах,  а  я  к  ним  особого  пристрастия  не  имела.  Да  и  не  на  кого  было  оставлять,  когда  уезжали  куда-нибудь.  А  уезжали  мы  частенько.
        - В  наших  краях,   в  Запорожье,  вам  бывать  приходилось?
        -  К  сожалению,  не  была  у  вас,  знаю  только  по  рассказам  Никиты  Федоровича.
        - А  сами  вы  откуда  родом?
        - Я  родилась  в  Черниговской  области,  а  росла  в  Красноярском  крае.  Моя  девичья  фамилия  Бладко.  Так  что  я  точно  по  происхождению  украинка.
        - Мария  Ивановна,  в  Запорожье  много  почитателей  Никиты  Федоровича  Карацупы.  Есть  даже  небольшой  музей  его  имени,  который  создан  по  инициативе  сослуживца  и  друга  Никиты  Федоровича,  ныне  покойного  Владимира  Ивановича  Ковальского.  Все  они  передают  вам  привет  и  самые  добрые  пожелания.  Вам  и  всей  вашей  родне.
         -Большое  спасибо.  Я  очень  тронута  и  желаю  запорожским  ветеранам-пограничникам  здоровья.  Никита  Федорович  всегда  радовался   сообщениям  с  родины.  Я  очень  рада,  что  запорожцы  хранят  память   о  нем.

  Алла  Никитична,  дочь

      -Вы  родились,  конечно,  на  границе…
       -Да,  только  уже  не  на  Дальнем  Востоке,  а  в  Польше,  в  сорок  пятом.  Теперь  я  уже  на  пенсии.  Пограничником,  в  отличие  от  остальных  членов  семьи,  я  не  стала.  Моя  профессия  была  связана  с  культработой.  Но  о  границе  знаю  много.  И  не  только  из  рассказов  отца.  Сама  интересовалась  этой  темой,  много  читала.  Ну,  а  теперь  привожу  в  порядок  архивы  отца,  веду  переписку  с  его  почитателями  и  знакомыми.  В  том  числе  и  вашим   Владимиром  Ивановичем  Ковальским,  который  организовал  музей  Карацупы   в  Запорожье.  Кстати,  передайте  ему  большой  привет.
        - Алла  Никитична,  к  великому  сожалению,  выполнить  эту  просьбу  не  смогу.  Владимир  Иванович  ушел  из  жизни.
        - Простите,  я  не  знала.  Я  искренне   сожалею  о  нем.  Очень  хороший  был  человек  и  большой  энтузиаст  по  увековечиванию   памяти  моего  отца,  его  друга-сослуживца   Никиты  Федоровича.   Искренне  сожалею.
        - Я  передам  ваше  соболезнование  супруге  Владимира  Ивановича – Евгении  Потаповне.  Она,  как  и  ваша  мама,  много  лет  провела  на  границе.  Была  она  и  в  Закавказье,  где  в  то  время  служили  Никита  Федорович  и  Владимир  Иванович.  Коль  вы  наследница  отцовского  архива (знаю,  что  именно  вы  им  занимаетесь),  то  позвольте  задать  вам   такой  вопрос: не  могли  бы  вы  пополнить  экспонатами   запорожский  музей  Карацупы?
        - Ко  мне  как-то  приезжала  женщина  из  Запорожья.  Я  не  помню  ее  имени-отчества.  Я  предлагала  ей  взять  сапоги  отца,  но  она  отказалась.  Поэтому  я  передала  их  в  Московский  музей.  Еще  меня  просил  посодействовать  ему   в  перефотографировании   отцовских  снимков  фотокор  из  Куйбышевской  районной  газеты   Василий  Васильевич  Прохорович.  Я  думаю,   это  возможно,  если  он  снова  напомнит  мне  об  этом.
         - Вы  не  стали  пограничником.  Но  ваш  сын  Андрей,  по-моему,  пограничник?
         - Да,  он  окончил  пограничное  училище,  но  служил  не  на  границе,  а  в  Кремле.   У  него  звание  майор.  Он  сейчас  в  запасе.  Работает  начальником  охраны  в  одной  из  московских  фирм.  Сейчас  он  вместе  с  женой  в  отпуске.  Ну,  а  ко  мне  привел  на  это  время  свою  собаку  Инду.
         -Овчарка?
         -Да. Индой  он  ее  назвал  в  честь  дедова  Индуса.  Хорошая  собака,  умная.
        -Алла  Никитична,  вы  росли  в  семье  пограничника,  имя  которого  было  известно  всему  миру.  Припомните,  пожалуйста,  какой-нибудь  эпизод  из  его  жизни.  Тот,  который  отложился  у  вас  в  памяти.
          -Отец  много  рассказывал  о  своих  любимцах – собаках.  Это  вот  запомнилось.  Ну,  например,  о  том,  как  он  нашел  своего  Индуса.  Молодой  Карацупа  только  начинал свою  службу  на  дальневосточной  границе,  был  курсантом  пограничной  школы  собаководов.  С  собаками  тогда  в  отряде  была  проблема.  На  всех  курсантов  их  не  хватало.  В  общем,  отец  остался  без  собаки.  Переживал,  конечно.  Надо  было  ждать  привоза  новой  партии  овчарок.  Но  так  случилось,  что  стоя  на  посту  у  ворот  школы,  он  услышал  в  овраге,  под  мостом,  который  находился  рядом,  собачье  повизгивание.  Он  спустился   в  овраг  и  обнаружил  там  двух  полуслепых  щенков.
           Потом  выяснилось,  их  мать  попала  под  колеса  машины.  Взял  он  этих  щенят  и принес  к  себе  в  казарму.  Об  этом  узнал  начальник  школы.  Вызвал  к  себе  отца  и  приказал  убрать  с  территории  школы  щенят.  Долго  пришлось  доказывать  офицеру,  что  из  этих  щенят  можно  воспитать  хороших  служебных  собак.  В  конце  концов,  тот  сдался  и  разрешил  курсанту  заниматься  со  щенком.  Ну,  а  что  из  этого  вышло,  известно  всем.  Тот  щенок  стал  знаменитым  Индусом,  который  помог  своему  хозяину  за  три  года  службы  задержать  150  нарушителей.  За это  время  он  был  несколько  раз  ранен  и,  в  конце  концов,  отравлен  рукой  врага.
         -Алла  Никитична,  передайте  вашему  сыну  Андрею,  что  если  он  решится  приехать  в  Запорожье,  то  найдет  здесь  очень  много  интересного  о  своем  деде.  И,  конечно,  новых  друзей – ветеранов-пограничников,  которые  свято  чтут  память  следопыта  №1.

 Анатолий  Никитович,  сын

       -Отец  был  очень  добрым человеком.  Он  всегда  всем  помогал,  чем  мог.  И  в  годы  службы  на  границе,  и  когда  уже  был  на  пенсии.  Большая  слава  его  нисколько  не  испортила.  Он  всегда  оставался  простым,  скромным,  уважительным  человеком.  За  это  его  и  любили все,  кто  с  ним  работал,  общался.
         каким  он  был  отцом?
       - Замечательным.  Для  меня  он  был   непререкаемым  авторитетом  во  всем.  Служба  отнимала  у  него  много  времени.   Иногда  мы  не  видели  его месяцами.  Но  когда  он  появлялся  в  семье,  это  был  настоящий  праздник.  Для  меня,  мальчишки,  особенно.  Потому  что  он  умел  так  интересно  рассказывать  и  так  азартно  увлекаться,  играя  со  мной  пятилетним.  Понятно,  рассказы  и  игры  были  на  одну  и  ту  же  тему – о  границе,  об  Индусе.
       -Вам  приходилось  бывать  с  отцом  на  границе?
       -Когда  он  служил  в  Закавказье,  мне  было  уже  лет семь.  Иногда  он  брал  меня  с  собой,  показывал  собачий  питомник.  Это  я  хорошо  помню.
        - Вы  в  семье  младший?
        - Да,  я  родился  в  сорок  девятом  году  в  Гродно.  В  то  время  отец  служил  в Белоруссии.  После  школы,  конечно,  вопрос  не  стоял,  кем  быть.  Такое  решение  я  принял  еще  в  детстве.  После  школы  сразу  поступил  в  Московское  пограничное  училище,  окончил  его.  Потом  была  высшая  школа  КГБ.  Служил  в  Бресте,  Воркуте,  Москве.  Последнее  время  снова  в  Бресте.  Здесь  и  живу  теперь.  Я  уже  пенсионер,  звание – подполковник.
      - Во  время  службы  тоже  имели  дело  с  собаками?
      - Не  только  на  службе,  но  и  после  службы.  В  последнее  время  у  меня  была  прекрасная  овчарка  по  кличке  Ральф.  Но  вот  уже  год,  как  ее  не  стало.
      -Случилось  что-то?
         передал  Ральфа  таможенникам  на  границу.  Он  очень  хорошо  работал  с наркотиками.  А  это  небезопасно  для  здоровья  животного.  И  вот  уже  год,  как  он  погиб.  Очень  жалко.  Хорошая  была  собака.
       -Анатолий  Никитович,  у  вас  есть  сын  Сергей.  Он    не  пограничник?
       -Нет.
         внуки  есть?
       -Семь  месяцев  назад  родился  внук,  которого  назвали  Никитой.  В  честь  прадеда.
         кем  вы  хотите  видеть  его  в  будущем?
       -Конечно,  пограничником. 
       -Это  было  бы  здорово.  Представляете!  Пограничник  Никита  Карацупа!
       -Дай  Бог.

        О  собаках,  музеях  и  заставах

         Карацуповский  пес  Индус  навсегда,  наверное,  останется  в  истории  пограничного  собаководства. А  сколько  всего  собак  было у Никиты  Федоровича?  Алла  Никитична,  дочь  следопыта,  считает,  что  их  было  5-6  примерно.  Такого  же  мнения  придерживается  и  директор  музея  пограничных  войск  России  Мурзабаев,  с  которым  мне  тоже  удалось  переговорить  по  телефону.  Естественно,  все  его  персональные  собаки  носили  одну  и  ту  же  кличку – Ингус (первый,  конечно,  был  Индус).  Но  ограничиваться   названным  количеством  Ингусов,  по-моему,  было  бы  неправильно.  Ведь  у  него  еще  до  службы  на  границе  были  собаки.  Это  когда  он  жил  в  Казахстане  и  работал  там  пастухом.  Имя  одной  из  них  установить  удалось.  Это  была  дворняжка  Дружок,  которая  очень  помогала  Никите  Федоровичу  в  его  пастушьих  делах.
           Потом  не  следует  забывать,  что  Никита  Федорович  не  только  непосредственно  нес  службу  на  границе,  но  и  длительное  время  возглавлял  школы    служебного  собаководства.  Сначала  в  различных  регионах  страны,  а  затем  и  школу  всесоюзного  служебного  собаководства.
        А  Вьетнам?  Ведь  и  там  у  него  были  любимцы  Ингусы.  Об  этом  тоже  есть  свидетельство   в  его  воспоминаниях.
          Любопытный  факт  на  этот  счет  приведен  в  рассказе  Евгения  Рябчикова  «Следопыт»,  который  был  напечатан  в  журнале  «Огонек»  в  1955  году.  Вот  что,  в  частности,    он  писал: «Как-то  в  гостях у Никиты  Федоровича  я  встретил  его  старого  друга  подполковника  Козлова.
      - Вы  заглядывали  в  книжечку  товарища  Карацупы? – спросил  меня  Козлов. – Там  есть  важные  цифры.  Например,  467.  Эта цифра  означает,  сколько  задержал  нарушителей  за  свою  жизнь   Карацупа.  Можете  себе  представить,  сколько  бессонных  ночей,  погонь  по  снегам  и  болотам,  кровавых  схваток!  Вечная  опасность  получить  пулю  в  лоб  или  нож  в  спину.  Там  же,  в  книжечке,  есть  еще  одна  интересная  цифра – 800.  То  есть,  800  следопытов  подготовил  подполковник  Карацупа.
          Эти  цифры  были  верны  на  55-й  год.  Потом  они  увеличились:   600  задержанных  нарушителей   и  1000  подготовленных  следопытов.  А  это  значит,  что  и  количество  собак,  прошедших  его  школу,  было  не  5-6,  А  значительно  больше.
          Теперь  о  погранзаставах  имени  Карацупы.   Точно  известно,  что  такая  застава  есть  на  Дальнем  Востоке,  где он  начинал  свою  службу.  Есть  застава  имени  Карацупы  и  в  Украине,  на  западной  границе.  Но  ведь  Никита  Федорович  служил  и  в  Закавказье,  и  в  Белоруссии,  и  на  других  участках  границ  бывшего  СССР.  К  сожалению,  не  удалось выяснить,  есть  ли  там  заставы  его  имени.  Такая  возможность  не  исключается. 
         Ну,  и  о  музеях  карацуповских.  Может  быть,  тут  не  совсем  уместно  слово  музей.  Скорее  всего,  это  отделы  и  комнаты  при  музеях  Пограничных  войск.  Самый  большой  отдел,  это,  конечно,  в  Московском  музее.  Отдельные  комнаты   есть  на  Дальнем  Востоке,  в  Запорожье,  в  Бресте.  Об  этом  сообщил  Анатолий  Никитович  Карацупа – сын  следопыта.

           На  родине  следопыта

    В  районном центре   Куйбышево Запорожской области,  на  аллее  Героев  Советского  Союза,  есть  и  бюст  Никиты  Федоровича  Карацупы.  А  в  селе  Алексеевка,  где  он  родился,  стоит  ему  памятник.  Там  же,  в  местной  школе,  есть  и  музей  его  имени.  В  свое  время  я  общался  с  директором  этой  школы  Анатолием  Левковичем  Котенко,  большим  поклонником  Никиты  Федоровича.  Именно  он  помог  найти мне  ответ  на  вопрос,  имеются  ли  на  родине  следопыта  собаки  по  кличке  Ингус.  Оказывается,  на  тот  период,  когда  мы  беседовали с  директором  школы,  такая  собака  там  была.  И  принадлежала  она  известному  в  селе  механизатору,  охотнику-любителю  Анатолию  Луценко.
          Кстати,  в  Алексеевке  проживают  более  десяти  семей  с  фамилией  Карацюпа.  Есть  среди  них  и  родственники  Никиты  Федоровича.  А  что  касается  изменений  в  фамилии – вместо  «у»-«ю»,  то  это  можно  объяснить  скорее всего  тем,  что  какой-то  журналист  исказил  фамилию  следопыта,  написав  вместо  «ю»-«у».  Так  и  пошло  оно  гулять  по  страницам  книг  и  газет.  А  может,  при  выдаче  паспорта  допустили  ошибку.  И  такое  бывает  нередко.
         Четвертый  год  в  музее  Запорожского  филиала  Ногайского  сельскохозяйственного  техникума  действует  комната  пограничных  войск.  И  самое  почетное  место  в  ней  отведено  Никите  Федоровичу  Карацупе.  И,  конечно,  его  сослуживцу  и  другу,  инициатору  создания  этой  комнаты  Владимиру  Ивановичу  Ковальскому.  Они  служили  вместе  на  границе   и  теперь  рядом  здесь,  в  музее.

      Николай  Зубашенко, журналист   

Комментариев нет:

Отправить комментарий